Двое друзей и компаньонов, Дмитрий Ивонин и Павел Зубарев, влились в ряды любителей ретроавтомобилей лишь несколько лет назад.

- Все началось в 2000 году с нашей компании по прокату автомобилей, в основном свадебных. В нашем парке было несколько "лимузинов", чуть позже появились ЗИМы, ЗИСы, "паккарды". Все это хозяйство мы держали исключительно для зарабатывания денег.

Два года назад настал момент, когда мы поняли, что хотим иметь свои собственные машины, коллекционные. Мы загорелись, решили купить то, что мало у кого есть: авто двадцатых годов. Широко распространенные сейчас послевоенные машины все одинаковые - с пузато-обтекаемыми формами. А двадцатые годы - переломный период, от лошадей к автомобилям - это были так называемые машины-кареты : квадратные кузова, огромные крылья.

Первую машину мы месяцев семь выискивали. Это был Willys Knight 64 Тюринг 1923 года, открытый фаэтон. Когда мы обнаружили его местонахождение, то сразу послали своего агента в Штаты, предложили продавцу сумму, от которой он не смог отказаться. Мы понимали стоимость таких машин. Сама компания Willys прекратила выпускать свои автомобили в тридцатых годах - ее приобрел Крайслер. На момент покупки мы живьем машину не видели. Из Орегона ее везли в контейнере до Нью-Йорка, потом морем до Финляндии, потом сюда, в Россию.

Состояние автомобиля оказалось великолепным, реставрация ее прежним владельцем была проведена замечательно! Сохранились девяносто процентов оригинальных запчастей, поменяли лишь деревянный пол, пороги сделали другими, крышу перетянули. В свое время эта машина стоила тысячу шестьсот долларов, при том что массовый Ford стоил около трехсот. А зарплата в Америке тогда была в среднем семьдесят долларов в месяц. Для миллионеров в Штатах тогда были другие машины - "паккарды" и "кадиллаки", и они стоили порядка трех-пяти тысяч долларов.

Когда мы на этой машине выезжаем, люди голову сворачивают. В августе у нас было ралли "Ночная Москва". Мы выехали на Рублевку, и трасса встала - люди останавливались и фотографировали. Пробка образовалась, но никто не возмущался - такие машины ехали: с деревянными колесами, с деревянными спицами!

Год назад из Штатов мы привезли Dodge Standard Six 1929 года. "Додж" был серийной машиной для массового потребителя, как у нас "жигули". Приобретенная нами машина интересна тем, что до наших дней дошла в отличном состоянии - превосходная реставрация, с оригинальным мотором, заводится легко, мы на ней ездим очень много. Кроме того, она снималась в фильме "Неприкасаемые" с Кевином Костнером.

Последняя наша машина - это Hudson 1923 года. Экземпляр редкий, до наших дней дошли единицы. Мы взяли машину в Техасском музее. У нее огромный мотор - 4,7 литра. Купили мы ее сырой, сейчас она на реставрации. Переделываем салон, перешиваем, исправляем огрехи по внутренностям - американцы взяли и закрасили всю торпеду краской. Запчасти мы заказывали - часы, например, сантиметров двенадцать в диаметре. Мы их купили на аукционе за двести пятьдесят долларов. Кому-то железка, а для нас на торпеде она отлично дополняет автомобиль.

Хобби у нас, конечно, интересное, знакомые говорят, что это уже диагноз. Дорого стоит, свободное время все занимает. Но для нас это стиль жизни! Хотя и коммерческая жилка присутствует - мы даем эти машины для съемок в фильмах, рекламных роликов. Но затраты на них пока гораздо больше.

А сейчас работаем над покупкой большой пожарной машины: обилие хрома, металла, красного цвета. Мы ее уже нашли, ведем переговоры с владельцем.

Записала Евгения Смоленская